Зимняя гостиница. Валаам. Горностаев
С. Т. Григорьев-Патрашкин. На Валаам (1913 г.). Ч. 4. В зимней гостинице
31 Октябрь, 2019
Валаам. Коровы. Фото: мон. Авраам (Щипакин)
С. Т. Григорьев-Патрашкин. На Валааме (1913 г.). Ч. 6. Где рождаются облака.
20 Ноябрь, 2019
Старое братское кладбище. Валаам.. В церковной ограде.

Старое братское кладбище.

Часть 5. На старом кладбище. Могила Короля Магнуса.

С._Т._Григорьев-Патрашкин

С. Т. Григорьев-Патрашкин

Источник: C. Т. Патрашкин. На Валааме. // День. 19.7.1913. №191 (279).

Поиск и фотография статьи: Наталья Потапова.
Компьютерный набор: Ирина Назарова.
Примечания: Яна Гайдукова.

Публикуется впервые с 1913 года!

 

«Благоустроенное» Старое братское кладбище. — Новое братское (Игуменское) кладбище. — Могила преподобного Александра Свирского на о. Святом. — Могила короля Магнуса. «Рукописание самого Магнуса краля».


В зелени мелькают летние дамские платья. А в саду ни одной скамейки. Ни во дворе, ни около храма, ни на пристани; одна всего скамейка, и хорошая, с удобной спинкой, — на кладбище. Только тут и можно присесть и отдохнуть. Понятно, почему здесь поставлена садовая скамейка. Вот идёт, опираясь на посох с ручкой из слоновой кости, старый дородный монах в алом подряснике. Он тяжело переставляет опухшие ноги в мягких сапогах. Лицо одутловатое, больное. Со вздохом тяжко опускается рядом со мной на скамью.  Сидит насупленный и раздраженный больной тревогой, обводит взором кресты и плиты, останавливая глаза на новом, вчера только поставленным, кресте. Вероятно, он ходит сюда для того, чтобы привыкнуть к смерти. Для них, обречённых, это скамейка и поставлена.

Кладбище это для монахов большого образа. А для рядовых и для трудников-богомольцев – другое «братское» в лесу[1]. Здесь уютно. Кладбище для мёртвых иеромонахов и схимников – благоустроенное. Здесь это слово имеет совсем особый смысл. Лес может расти прямо на «гнилом камне» – гранитной луде. Здание надлежит возводить на камне. Но покойники должны лежать в земле. В Александро-Свирском скиту показывают начатую Александром Свирским могилу в граните. Луда рассыпается от дождя и мороза, быстро выветривается, и на ней возникает жизнь. Но как туго поддавался гранит руке отшельника, вооруженный молотом и секачом! Много лет подвижник бил в граните могилу и ушел в землю едва по пояс. Могила огорожена барьером. На ея каменном дне лежат брошенные богомольцами медяки, зелёные от съедающей ржавчины, а из трещины камня растёт зелёная трава, и бледный, как северное солнце одуванчик вытянул из могилы голову на тонкой чахлой трубочке стебля. Хитроумные валаамские отцы обошли гранитное упрямство. Над обрывистый скалой, ниспадающий в сад, они вывели каменную стенку. Пространство от скалы до стенки засыпали песком глубиною, так примерно, на аршин глубже, чем роют могилы в России. Особое удовольствие «рыть могилу» было соблюдено. В искусственной насыпи образовалась «благоустроенное» кладбище. На нём есть не могила, а плита над апокрифической могилой шведского короля Магнуса. На плите, судя по внешнему виду и стилю виршей, старостью не более 150 лет рассказы и легенды из времени борьбы новгородцев со шведами за обладание Невскими берегами.

Могила схимонаха Григория (шведского короля Магнуса) на Валааме. Фото: иеромонах Савватий (Севостьянов).

Могила схимонаха Григория (шведского короля Магнуса) на Валааме. Фото: иеромонах Савватий (Севостьянов).

На сём месте тело погребено,
В 1371 году земле оно предано,
Магнуса, шведского короля,
Который, святое крещение восприя,
При крещении Григорием наречён.
В Швеции он в 1336 году рождён,
1360 году на престол был возведён,
Великую силу имел и, оною ополчен,
Двоекратно на Россию воевал.
И о прекращении войны клятву давал,
Но, преступив клятву, паки вооружился,
Тогда в свирепых волнах погрузился,
В Ладожском озере войско его осталось,
И вооружённого флота знаков не оказалось.
Сам он на корабелъной доске носился,
Три дня и три ночи Богом хранился,
От потопления был избавлен,
Волнами к берегу сего монастыря управлен,
Иноками взят и в монастырь внесён,
Православным крещением просвящен;
Потом вместо царской диадимы
Облачён в монахи, удостоился схимы,
Прожив три дни здесь, скончался,
Быв в короне, и схимою увенчался.e

Надпись на могиле схим. Григория (короля Магнуса)

Ловкий дипломатический удар нанесли тогда в Швеции валаамские иноки. Они не ограничились тем, что облекли в схиму умирающего короля. В софийском списке российской летописи упоминается «рукописание самого Магнуса краля» [i]. Это завещание. Приняв великий образ схимы, шведский король тотчас же усвоил и монашеский язык:

— Се аз, Магнус, Краль Свейский, нареченный в святом крещении Григорий, отходя сего света, пишу рукописание при своём животе: приказываю своим детям и своей братии и всея земли свейской: не наступайте на Русь на крестном целовании занеже нам не пособляется.

Дальше составитель апокрифического во завещания выдает себя. Магнус, Краль Свейский, начав своё завещание, что пишет его «при своём животе», т.е. при жизни, в конце говорит о том, что после пострижения и облачения в схиму «и сотвори мя господь жива и три дня и 3 нощи».

Хитроумный отшельник, чья рука выводила эти коварные строки, забыл, что краль пишет завещание «при своём животе», ещё не знает, что прожил в монастыре «три дня и три ночи».

В 14 веке Валаам был полумонастырем-полукрепостью[2]. Схима была оружием простоватых дипломатов. А в надписи на плите политический смысл приключений короля Магнуса уступил чисто монашеской торжествующей мысли: «быв в короне и схимою увенчался»…

Шведский король Магнус, спасенный монахами. Фрагмент лицевого летописного свода.

Шведский король Магнус, спасенный монахами. Фрагмент лицевого летописного свода.

Дух бодр, а тело немощно[3].  Для близких смерти монахов, принимающих схиму перед самой кончиной, для утверждения в мысли о бренности всего земного, и поставлена в саду под тенистыми кленами скамеечка. В этом всё современное монашество русское: не пойдёт нынешний схимник долбить себе могилу в гранитной скале, а придёт опираясь, на подожек[4] с золотой монограммой, на «благоустроенное» кладбище, и сидя на скамеечке, будет думать: «И короли умирают. Схима, а на царская диадема, высший венец жизни…»

  • Оригинал статьи С. Т. Григорьева-Патрашкина

    С. Т. Григорьев-Патрашкин. На Валаам. "День". 1913.

    С. Т. Григорьев-Патрашкин. На Валаам. «День». 1913.

    С. Т. Григорьев-Патрашкин. На Валааме. «День». 1913.


[1] В современной традиции кладбище «для рядовых и для трудников-богомольцев» называют Игуменским, а другое, напротив, — Старым братским.

[2] Историческая ошибка Патрашкина. На самом деле Валаамский монастырь никогда за всю свою историю не был крепостью.

[3] «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна». Мф 26:41.

[4] ПОДОГ, подожок, падог, падожек, бадиг, батог, хлыст, палочка, трость подручная, для ходьбы.

Толковый словарь живого великорусского языка В. И. Даля.

[i] Опять ошибка Патрашкина. Нет никаких данных, что валаамские монахи принимали участие в составлении «Рокописания Магнуса». Как утверждают исследователи, этот документ был составлен в начале XV в. неизвестным новгородским книжником.

Магнус был шведским королем с 1319 по 1363 г. (формально оставался им до 1371 г.). В 1343г. норвежскую корону передал своему сыну Хакону. В “Рукописании” перечисляются неудачные шведские походы на Русь и более подробно рассказывается о походе Магнуса в 1348 г. и о его неблагоприятных, как для страны, так и лично для Магнуса, последствиях. Некритическое использование “Рукописания” привело к тому, что в литературе сложилось неверное мнение о втором походе Магнуса на Русь, состоявшемся якобы в 1349 или 1350 г.

С.И. Кочкуркина, А. М. Спиридонов, Т. Н. Джаксон. Письменные известия о карелах (X-XVI в). Петрозаводск, 1996.
И.П. Шаскольский, Борьба Руси против шведской экспансии в Карелии. Конец XIII — начало XIV вв. Петрозаводск, 1987. С. 158-164.

  • Текст: «Рукописание Магнуша короля Свеиского»

    В лето 6860 … Рукописание Магнуша короля Свеиского. Се яз Магнушь король Свеискыи, нареченыи во святом крещении Григореи, отходя сего света пишу рукописание се при своем животе. А приказываю своим детем и своей братьи и всей земли Свеискои не наступати на Русь на крестном целованье, зань же нам не пособляется. Первее сего подъялся местер Белгерь и вшел в Неву, и срете его князь великий Александр Ярославичь на Ижере реце, а самого прогна, а рать его поби. И по том брать мои Маскалка вщед в Неву город постави на Охте реце и наместникы своя посади с множеством Немець, а сам поиде за море. И пришед князь велики Андреи Александровичь город взя, а наместникы и Немци поби. И по том было нам розмирье с Русью 40 лет; и по том на 40 лет с великим князем Юрьем Даниловичем взяли есмя мир вечный, на Неве земли есмя и воде учинили роздел, кому чем владети, и грамоты есмя пописали и попечатали. И по том по 30 летех яз, король Магнушь, того не порядя, поднялся есми со всею землею Свеискою и вшед в Неву взях город Орехов и наместники есми свои в городе посадил и силы моея несколько оставих, а сам поидох за море. И по том пришед Новогородци город свои взяли, а моих наместников и Немець побили, которые были в городе. И яз того не порядя за один год опять поидох ко Орехову с всею Свеискою землею, и срете мя весть, что Новогородци под Ореховцем. И яз опять пошел под Копорью и под Копырьею есми ночь начевал. И прииде ко мне весть: Новогородци на вуко земли, и яз то слышав побегл за море; и воста буря силна яко в взлех и парусов не знати и потопи рати моее много на усть Неровы рекы. И пошел есми в землю свою со останком рати и от того времени наиде, на землю нашу Свеискую погыбель, потоп, мор, голод и сеча межи собою, а у мене бог ум отъят; и седех в полате год прикован к стене чепью железною и заделан был есми в полате. И по том приеха сын мои Сакун из Мурманьскои земли и выня мя яз полаты и повезе в свою землю Мурманьскую. И удари на мене опять потоп, корабля моя и люди моя истопи ветр, а сам стзорихся плавая на дне корабленом и с торцьнем пригвоздихся 3 дни и 3 нощи, и по божью повелению принесе мя ветр под манастырь святаго Спаса в Полную реку, и сняша мя с дъскы черньцы и внесоша мя в манастырь и постригоша мя в черньци и в схиму; и сотвори мя господь жива и три дня и 3 нощи. А все то мене бог казнил за мое высокоумие, что наступил есми на Русь на крестном целование. И ныне же приказываю своим детем и своей братье и всей земли Свеискои не наступите на Русь на крестном целовании, а хто наступит, на того бог и огнь и вода, им же мене казни, а все то сдея к моему спасению”.

    Московский летописный свод конца XV в., с. 178—179.


Фрагменты этой публикации добавлены на Архитектурные страницы
сайта «Валаам. Виртуальная экскурсия»:

admin
admin
Экскурсовод Паломнической службы Валаамского монастыря

Оставить комментарий

avatar

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

  Подписаться  
Уведомление о