ellen rydelius elen rajrelius
Элен Райделиус на Валааме. 1938 год. «Souvenirer» («Воспоминания»).
4 Август, 2019
sximnik sredi monaxov i poslushnikov konevskogo monastyrya. 1900 e. iz kn. ladozhskoe ozero
А.И. Фаресов. Поездка на остров Валаам (1901 г.). Ч. 2. Приём на Коневце.
30 Август, 2019

А.И. Фаресов. Поездка на остров Валаам (1901 г.). Ч. 1. По Неве на «Валааме».

11 forest

Мы начинаем публикацию воспоминаний Анатолия Ивановича Фаресова, члена Петербургского общества трезвости, посетившего Валаам в 1901 году. Материал отсканировал и предложил для публикации Игорь Сазеев.

В первой части А. И. Фаресов описывает путешествие по реке Неве на монастырском пароходе «Валаам» («Valamo»). Сейчас мы бы назвали такое путешествие «социальной экскурсией» или «туром выходного дня».

А. Фаресов рассуждает о благотворном влиянии религии на «нравственное удовлетворение» трезвенников. С неприязнью отмечает затесавшихся среди трезвенников выпивших («остатний раз»). Его удивляют сосредоточенные и целомудренные лица фабричных девушек 13-16 лет, которые поют «безнадёжные» духовные стихи Макария Алтайского и при этом не могут объяснить их смысл. Впрочем, последнее рассказчика как раз радует.

Ценным является описание переполненного парохода «Валаам», который из-за перегруза идёт по Неве, наклонившись на бок. А команда в непривычных монашеских подрясниках не только не успевает наводить порядок, но и вообще кажется «мало привыкшей к услугам публики» (комментарий спутника-монаха: «Здесь со Христом, а не со слугами едут»). Напомним, этот тот самый пароход, который регулярно ходил с большими перегрузами и в 1913 году даже «сбежал» от инспекторской проверки. В этот раз пассажиров было более 500 человек при норме в 360.

12-Валаамские пароходы XX в

12. В ЧЕСТЬ ПРАЗДНИКА. Во время православных праздников монастырские корабли всегда украшались флажками. На фото перегруженный пароход «Valamo» подходит к Валааму. Фото: ФИКС/ коллекция Эркки Риимала.


Часть 1. По Неве на «Валааме».

  • «Общество трезвости» или просто поездка для бедных?

    ladozhskoe ozero 2011

    Ладожское озеро (2011)

  • Пароход «Валаам» . Команда в монашеском одеянии. Перегруз.

  • О хоре и о песнях на корабле.

Первая публикация: Фаресов А. И. Поездка на остров Валаам.  // Исторический вестник, 1901. Том 85. Стр. 609.
Цит. по: Уникальные памятники природы России. Ладожское озеро / авт.-сост. А. Н. Чистиков; отв. ред. Е. П. Шелаева. — СПб., 2011. — 255 с.: ил., карты. С. 219-226.

Сканирование: Игорь Сазеев.
Распознавание: Яна Гайдукова.
Комментарии: Ирина Назарова, Яна Гайдукова.
Деление на главы авторское, подзаголовки — Valamo.ru.
Иллюстрации: из источника.

В электронном формате публикуется впервые!
Публикуется с разрешения ИИФ «Лики России».


Организаторы «обществ трезвости», наряду с общепринятыми мерами к отрезвлению народа, привлекли в последнее время к своей работе интеллигентную молодежь духовной академии при Александро-Невской лавре и каждому из ее представителей выделили в городе Петербурге определенный фабрично-заводской район, нуждающийся в отрезвлении его населения. На этот призыв, разумеется, должны были откликнуться наиболее убежденные в своей просветительной миссии молодые люди. Некоторые из них, говорят, действительно талантливые проповедники и лекторы. Они привлекают на свои беседы массы рабочих людей, и эти последние отзываются о них с большим сочувствием.

Мне давно хотелось видеть на живом деле проявление благотворного влияния этих «друзей трезвости» на своих сочленов, и я был чрезвычайно рад, когда один мой добрый знакомый зашел ко мне и сказал:

soedinennyj krestnyj xod peterburgskogo obshhestva trezvosti. 1912 g.iz kn. ladozhskoe ozero

Соединенный крестный ход Петербургского общества трезвости. 1912 г.(Из кн.«Ладожское озеро»). Кстати, постамент памятника Александру III выполнен из валаамского гранита.

— Хотите видеть творчество и успехи религиозной мысли за последние годы в рабочей среде? Завтра, в субботу, 19-го мая, после работы на фабриках, «трезвенники» нанимают пароход и намереваются провести два дня праздника Св. Троицы на острове Валааме… Я предлагаю и вам поехать со мною. В воскресенье утром мы будем там, а в понедельник вернемся назад. Рабочие должны во вторник вернуться на свои фабрики и заводы.

С величайшей охотой я согласился, и в четыре часа пополудни мы были на Калашниковской пристани, у церкви Бориса и Глеба[1]. Неприятно поразило меня то, что как только наш извозчик подъехал к пароходу, несколько выпивших рабочих бросились к нашему ручному багажу с предложением своих услуг.

— Остатний раз заговелись, — подумал я, вспоминая у русского человека обычай перед присягой о воздержании пить без просыпу…

— Может быть, это провожатые, — заметил мой спутник, смягчая мое неудовольствие и указывая при этом на толпы народа, очевидно собравшегося на набережной для проводов «трезвенников».

На пароходе я узнал, что с нами едут к Валаамским угодникам не одни трезвенники, но и многие посторонние лица. Вот почему во время нашего плавания я замечал на палубе выпивших лиц, но на обратном пути все были трезвы и благоговейно настроены. Вероятно, я видел их пьющими «остатний раз», перед отъездом на Валаам за благословением к полному воздержанию от потребления спиртных напитков.

Пароход «Валаам», на котором мы ехали, куплен валаамскими монахами у финнов в полную собственность. Немного странно видеть пароходную команду в монашеском одеянии, и притом мало привыкшей к услугам публики.

— Здесь, — сказал мой спутник, — со Христом, а не со слугами едут. Это — поездка с образами, крестами и пением. На пароходе более пятисот человек, а прислуги у монастыря очень мало. Обо всем не сообразишь. В другие дни, без трезвенников, народу меньше и порядку больше… Вы черта-то пореже упоминайте, здесь народ-то богомольный…

Мало-помалу я начал привыкать на пароходе к особенностям монастырской администрации, и мне вдруг стало даже нравиться, что на этом пароходе чувствуешь себя по-домашнему. С напутственным молебном и прекрасным хором певчих мы тронулись вверх по Неве к Ладожскому озеру.

— Что это пароход идет боком? — спросил я на палубе.

— Народу много… Одним трезвенникам выдали четыреста пятьдесят билетов, да посторонних сколько-то… Вот проедем Неву, пароход пойдет ровнее. Теперь для него мало воды в реке, и ему не во что упираться, а в озере ее вволю, — пояснил рядом со мной стоявший монах. — Будет упираться носом в воду и не свернется на бок[2]… Страшного ничего нет… А если увидишь большое горе, то перестанешь всего бояться на свете и во всем положишься на Божью волю; а не увидишь горя — будешь кричать, терзаться и думать, что делать.

Выслушав философию о воспитательном значении большого горя, я спросил монаха, откуда он.

— Из Коневского монастыря… На острове Коневец. Заезжать будем туда… Увидите сами этот «Конь-камень».

iz kn. ladozhskoe ozero— Общество трезвости наняло пароход для трезвенников?

— Для бедных, для бедных, — перебил один рабочий. — Без этого иной никогда не повидал бы Валаам, а теперь полцены стоит билет. Ну, и едут помолиться чудотворцам: и трезвенники, и всякие… Бедные едут.

К нашему разговору пристали другие рабочие.

— Едут больше с бумагопрядильной мануфактуры Штиглица… На углу Малой и Большой Болотной[3]. Иеромонах Геннадий из Александро-Невской лавры два раза в неделю проповеди там говорит, а теперь кончает их до осени. Вот он и придумал эту поездку в остатний раз… Уж так мы довольны! Так довольны!

Я понимал восторг рабочих. Их «общества трезвости» возникают, между прочим, и из того соображения, что трудно сдержать клятву о воздержании в одиночестве при условиях жизни исключительно ради дневного пропитания и возвращения с фабрик в свою деревню с сумой… В «братствах» трезвенников они находят поддержку друг в друге и до некоторой степени удовлетворение и социальных потребностей в человеке. Они посещают народные театры, слушают лекции и проповеди, участвуют в загородных поездках на «лоно природы» и в окрестные обители, пользующиеся народной любовью. Как бы в подтверждение этой мысли, я неоднократно слышал во время пути на палубе стройное пение певчих в духе следующих стихов:

О дивный остров Валаам!
Рука Божественной судьбы
Воздвигла здесь обитель рая,
Обитель вышней чистоты,
Обитель чудную, святую,
Жилище избранных людей,
Обитель, сердцу дорогую,
Обитель мира от страстей.

Чем более длилось пение, тем чувствительнее разносились по реке слова в честь священных лесов, заливов и побед иноков над «капищем богов»…

Андрей-Апостол, — есть преданье, —
Крестом рассеял мрак греха,
Предрекши веры процветанье,
Поста, молитвы и труда.
Тебя подвижники святые
Сергий и Герман основали,
Здесь же и мощи их честные
Своим нетленьем просияли.
Хвала тебе, обитель славы!
Ты блещешь в юной чистоте,
Храня все строгие уставы
В своем монашеском житье.

Несомненно, что измученная работами и страстями рабочая масса проникнута томлением успокоения и нравственной тишины. Из книг она еще не ознакомилась с идеалами высшего порядка, дающими нравственное удовлетворение самым энергичным и беспокойным душам; а острова Коневец и Валаам удовлетворяли их воображение светом добродетельного жития иноков и удивительной красотой природы. Все поэтические порывы и умственные замыслы, заглохшие в городских массах, точно просыпались здесь на воде, рабочие пели хором:

Коневец, мирная обитель,
В тебе, страдающий душой
Столицы шумной грешный житель
Найдет отраду и покой…
Забудет он свои страданья,
Свои греховные мечты,
Омыв слезами покаянья
Всю грязь житейской суеты.

Разумеется, в монашеском житии рабочая масса усматривает не бездельное прозябание иноков на богатые жертвоприношения, но обетованную общину, где

1 iz kn. ladozhskoe ozeroЗавет Арсения Святого
Игумен с братией хранят, —
Калеку, нищего, больного
Всегда с любовью приютят.
Грехами ближних не гнушаясь,
Не осуждая никого,
Они, от зла и тьмы спасаясь,
Спасают брата своего…

 

От этих слов, в гармоническом их сочетании, расстилающихся в воздухе над обоими берегами Невы, поросшими фабриками и питейными заведениями, глубоко задумываешься… И хочется верить, что не всегда же иеромонахи Геннадии будут увлекать рабочих одной мелодией слов, без разъяснения внутреннего смысла!

Охваченный общим воодушевлением, я стоял среди рабочих, без шапок у многих на голове, и вглядывался в лица певчих. Большинство из них фабричные девушки, затем пожилые женщины, дети и рабочие. Всех поющих было 60 человек, и среди них выделялись девушки-подростки, в коричневых платьицах, с черными фартуками. Это были подарки от фабричного управления всем певичкам.

— Посмотрите, — сказал я своему товарищу, — как мало похожи лица этих певичек на фабричные лица. Они все удивительно серьезны, сосредоточенны, осмысленны и целомудренны, как у детей, так и у пожилых.

— Так и должно быть, — ответил товарищ. — Религиозно-философская мысль всегда отпечатывается на верующем целомудренно и величественно.

— Ах, — перебил я скорбно, — да есть ли здесь эта мысль?

— Вы видите ее на лице, малюток и пожилых….

Я замолчал, но не мог не проверить закравшегося сомнения.

Певички пели «сибирские стихи», как отозвался о них один рабочий, из сборника «Лепта», принадлежащего алтайскому миссионеру Макарию[4], применившему свои духовные стихи на всевозможные мотивы общераспространенных песен, и, благодаря этому, его «сибирские стихи» легко проникли в народ. Меня, однако, поразило удивительное однообразие сюжета; на какой бы мотив ни были подобраны слова, все они грустные, погребальные, аскетически-монастырского направления…

Пора тебе уж пробудиться,
О бедная душа моя!
Должна ты скоро возмутиться:
Конец приходит бытия.
Ты спишь, а враг твой бдит всечасно;
Ты спишь, а бездна под тобой;
И Божий гнев, как гром ужасный,
Гремит над грешной головой.

Едва кончается одна песнь, как малютки, лет 13-16, начинают новую:

Гора Афон, гора святая!
Не знаю я твоих красот:
И твоего земного рая,
И под тобой шумящих вод.

Я попросил нескольких девушек повторить некоторые места песни, но они не могли исполнить мою просьбу.

— Мы поем, — сказали они, — по одной тетрадке или книжке. Глядим и поем….

— Но вы понимаете, что поете? Скажите какую-нибудь строку или мысль в той или в другой песне.

Одна из девушек повторила мне несколько строк, но так бестолково и из разных мест, что не получалось никакой мысли; другая прочла верно куплет стиха, но своими словами не умела передать его содержание. А между тем в хоре выходило пение стройным и увлекательным.

— Хорошо, что не все понимают и всасывают в себя аскетическую «Лепту» алтайского миссионера, — подумал я, но и пожалел вместе с тем, что в народную среду, с народными и привычными мотивами, не проникают более художественно-правдивые песни наших поэтов. Хор смолк, но несколько отдельных голосов в передней части парохода пели того же унылого характера песнь:

Ни отец, ни мать родная
Не поплачут надо мной,
И на гроб рука чужая
Кинет горсть земли сырой.
Может быть, на погребенье
Кто из ближних и придет;
Может быть, из сожаленья
Слезку выронит, вздохнет;
Но никто моей могилы
Никогда не посетит.
Разве чижичек унылый
На ней сядет погрустить,
Или разве мимоходом
Близ могилы кто пройдет
И, уставши, на зеленом
Дерне сядет, отдохнет….

Тяжело было слушать грустные и безнадежные напевы в устах молоденьких девушек, так оживленно делившихся впечатлениями, когда они радостно осматривали с парохода заселенные берега Невы, разыскивая на них то дворец князя Потемкина, то Островки, Лобаново, Мойку, Пески, Анненское и, наконец, сосну Петра Великого…


Церковь свв Бориса и Глеба

Церковь свв Бориса и Глеба

[1] Храм во имя святых Бориса и Глеба на Калашниковской (Синопской) набережной выстроен на средства берегового купечества после первого покушения на Александра II. Освящён в 1882 г. В 1975 г. разрушен.

[2] Администрация сайта Valamo.ru ждёт комментарий знающего человека относительно «научности» такого объяснения и его соответствия физическим законам. Характеристики парохода «Валаам» («Valamo») следующие: 351,98БРТ, 208,58НРТ, 43,11Х6,53Х3,02М 255 ИЛС.

[3] «Товарищество Невской ниточной мануфактуры» владело и фабрикой на М. Болотной ул., д.12, где было 1670 рабочих. Ссылка.

[4] О. Макарий (Глухарев; 30.10.1792 – 18.05.1847) — первый переводчик Ветхого завета на современный русский язык (с древнееврейского). Основатель Алтайской миссии. Писал стихи и музыку. Сборник песнопений «Лепта» создавался для церковных школ. Канонизирован как Макарий Алтайский в 2000 году «за праведное житие, равноапостольные труды по переводу Священного Писания на алтайский язык и распространение на Алтае веры Христовой».

admin
admin
Экскурсовод Паломнической службы Валаамского монастыря

Оставить комментарий

avatar

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

  Подписаться  
Уведомление о