Куршин 16. Лесной водопад. 73x53 Холст. Масло. 1996 г.
В. З. Исаков. Судьба валаамских лесов (“Прогулки по Валааму”)
13 Март, 2018

В. З. Исаков. Архитектура и ландшафт. (“Прогулки по Валааму”)

Куршин 110. Часовня ``Вознесение``. 57x37 Холст. Масло. 1992 г.

Куршин 110. Часовня ``Вознесение``. 57x37 Холст. Масло. 1992 г.

В. З. Исаков. Прогулки по Валааму. 1984. текст

В. З. Исаков. Прогулки по Валааму. 1984.

Тем, кто любит архитектуру Валаама, настоятельно рекомендую прочитать монографию В.Р.Рывкина "По Валааму". В этой небольшой книге автор не только тщательно описал особенности валаамской архитектуры, но оказался способен буквально "поверить алгеброй гармонию" и показать, КАК смогли валаамские архитекторы — и в частности А. М. Горностаев — вдохнуть жизнь в камень, связав его не только с великолепной природой архипелага но и (осмелюсь сказать!) с духом самого Валаама.

К моему глубокому сожалению, о самом Рывкине известно очень мало. Но тем ценнее глава «Прогулок по Валааму» (1984) В. З. Исакова, в которой описывается личная встреча писателя с В. Р. Рыкиным, тогда ещё молодым исследователем, и его научным руководителем В. П. Орфинским. 

Подзаголовки и комментарии: Елена Ан и Яна Гайдукова.

Глава 11. Архитектура и ландшафт.

Исаков В. З. Прогулки по Валааму / Владимир Исаков. – М. : Советская Россия, 1984. – 79 с. – (Писатель и время). С. 21-26.

Микротемы: архитектурно-ландшафтные комплексы Валаама. В. П. Орфинский и В.Р.Рывкин, А. М. Горностаев. Логика аллей и посадок на Валааме; единство и одухотворённость ландшафта и архитектуры. Проблемы реставрации и туризма на Валааме. ВГИАПМЗ, «Спецпроектреставрация» «Росреставрация». Необходимость комплексного подхода.

В. П. Орфинский и В. Р. Рывкин — о духовной наполненности природы и архитектуры

В Петрозаводске живет чрезвычайно интересный человек, известный исследователь и знаток северных архитектурных памятников Вячеслав Петрович Орфинский[1]. В течение многих лет он занимается изучением архитектуры Карелии. Весь карельский север исхожен им вдоль и поперек. Написан целый ряд книг. В последние годы доктор архитектуры В. П. Орфинский руководит беспрецедентной по масштабам работой — инвентаризацией всего историко-архитектурного богатства Карелии.

Наше знакомство с ним состоялось в Петрозаводском университете. Узнав, что речь пойдет о Валааме, он предложил:

— Знаете что... Один из преподавателей нашей кафедры подготовил интересную диссертацию. Она как раз посвящена Валааму, связи архитектуры с ландшафтом. Давайте договоримся, встретимся вместе с ним.

Через несколько дней мы снова встретились в той же комнате на кафедре архитектуры. На этот раз здесь были В. П. Орфинский и его коллега, молодой преподаватель университета В. Р. Рывкин[2].

Вячеслав Петрович Орфинский

Вячеслав Петрович Орфинский

— Начнем с диссертации, — сказал В. П. Орфинский. — Как возникла ее идея? Мы, архитекторы, отталкиваемся от сугубо практических вещей. В данном случае нас волновал вопрос — почему архитектура утрачивает свою духовность, превращается в чисто механистический придаток нашей деятельности? Как внести в современную архитектуру черты большей духовности? Как связать архитектуру с природой? По каким законам прежде строилось взаимодействие природы и человека? На примере Валаама нам хотелось попытаться вскрыть закономерности построения архитектурно-ландшафтных ансамблей, с тем чтобы использовать что-то в современной практике. Такова была первая задача. Постепенно она расширилась. На Валааме вскрылись мучительные поиски архитекторов — преодоление ими шаблона классицизма, попытки вернуть сооружениям национальное звучание. В частности, это связано с постройками А. М. Горностаева. Таким образом, в диссертацию закономерно вошел историко-архитектурный аспект. Словом, перед нами многоплановая работа — как многопланов и сам Валаам.

По многочисленным предыдущим встречам я уже убедился, что к Валааму действительно можно подходить с разных точек зрения. Здесь есть что изучать и лесоводу, и дендрологу, и историку, и архитектору. В. Р. Рывкин впервые приехал на Валаам еще студентом. В дальнейшем знакомство с островом из года в год углублялось — и с каждым разом он открывал для себя, что не случайно выбраны места для построек, не случайно поставлены часовни, кресты, памятные знаки вдоль дорог и каналов. Все это имело глубоко продуманный характер, с тем чтобы превратить Валаам в единую систему. В какой бы точке Валаамского архипелага ни оказался путешественник, он чувствовал, что находится на окультуренной территории. Таким образом, у исследователя зрело глубокое убеждение, что Валаам не просто памятники архитектуры и не просто красивая природа. Это синтез природы и архитектуры.

Работая над диссертацией, В. Р. Рывкину пришлось, в общем, основательно изучить Валаам. Он не раз ездил туда со студентами. Вооружившись приборами, делали геодезические обмеры, съемку дорог. Обмеряли как ландшафты, так и архитектуру. Пытались восстановить систему посадок. В некоторых местах удалось обнаружить интересное взаимодействие сооружений и посадок. Далеко не случайным оказалось сочетание различных деревьев. Так, в некоторых случаях деревья с прозрачной кроной выдвигались вперед, а сзади, фоном, стоят деревья с плотной кроной. Бывает, что искусственные посадки служат фоном для архитектуры[3]. Бывает наоборот. Нельзя сказать, чтобы все это было изощренно. Валаам — не Версаль и не Петергоф. Но во всяком случае все делалось не с холодной душой, не просто так, во всем присутствовала какая-то мысль. К сожалению, пока остается неизвестным, кто все это проектировал.

В. П. Орфинский считает правомерным предположить, что архитекторы, создавая свои ансамбли, намечали и основные ландшафтные идеи. Об этом говорит, например, ориентация часовен точно на аллеи. Посадка деревьев в зависимости от расположения окон и многое другое показывает, что в непосредственной близости от сооружений участие архитектора в посадках было несомненным. Из архитекторов, создававших Валаамский комплекс, мы знаем прежде всего Алексея Максимовича Горностаева — автора Белого и Никольского скитов. Это был большой художник, один из тех, кто настойчиво развивал национальное направление в русской архитектуре. На Валааме он создал лучшие свои произведения. В этом отношении Валаам является важной страницей не только местной, по и общерусской архитектуры.

Валаамские строители

Собирая материалы для диссертации, Рывкину впервые, по документам монастыря, удалось выяснить, кто работал на строительстве валаамских сооружений. Это были наемные рабочие и богомольцы. Например, Никольскую церковь строило более 800 человек. Есть сведения о тех, кто делал каналы, рыл оросительные канавы. Любопытно, что для выполнения определенных работ из года в год приглашались одни и те же рабочие. Так, ярославский мастер, штукатур Таланов начал ездить на Валаам еще молодым. Потом ездил уже зрелым человеком. Потом стал брать с собой сына. После смерти Таланова во главе артели штукатуров приезжал его сын. Так же, целыми династиями, ездили каменщики, каменотесы, бурильщики.

Скиты Валаама

Строительство на Валааме велось в течение многих лет. По-видимому, оно так и не было закончено. Сейчас скитов вокруг Валаама насчитывалось тринадцать. Экскурсоводы пытаются доказать, что их было двенадцать или четырнадцать. Но скитов действительно было тринадцать. Последний, Смоленский скит построен в 1917 году. Возможно, предполагались и другие скиты. С архитектурной точки зрения все они фиксировали границы монастыря. Монахам нужно было как бы огородить архипелаг и сказать: это наше. На севере такое «наше» — Никольский скит, на юге — скит Авраамия Ростовского, на западе — Красный скит, на востоке — высокий остров Лембас, на котором стоял Ильинский скит. У этих ансамблей две задачи: во-первых, они должны были создавать замкнутое пространство, во-вторых — обозначать владения монастыря.

Единство ландшафтов и архитектурных ансамблей

В. П. Орфинский обращает внимание на гармоничное сочетание архитектуры и природы в каждом из скитов. Скажем, ландшафтов, подобных ландшафту Никольского острова, в Карелии довольно много. Но постройки А. М. Горностаева придают острову совершенно особое звучание. Заслуга архитектора заключалась в том, что он умел вскрыть суть природы. Природа не фиксирует наше внимание на чем-то определенном. Мы видим много интересного, но ни на чем не останавливаемся. Поэтому произведение большого живописца, как правило, больше волнует нас, чем естественный ландшафт. Оно выражает суть природы. Архитектура ландшафтных комплексов решает ту же задачу. Она фиксирует внимание на наиболее характерном — на душе пейзажа. Ощущение, что природа говорит сама за себя, только кажущееся. Она осмыслена архитектором. Никольский скит своей монументальностью, строгостью подчеркивает особенности природы. Если бы на вершине холма не было Никольской церкви, мы не ощутили бы того, что ощущаем сейчас. Точно так же все ансамбли на Валааме созданы для конкретных условий — и в других условиях существовать не могут. Самое же главное, что и ландшафт, как эстетическое целое, уже не может существовать без этих памятников архитектуры. Стоит нарушить одно из звеньев этой цепи — будет нарушено целое. И об этом, подчеркивают архитекторы, нельзя забывать сейчас: люди разрушают ландшафт, а время разрушает памятники.

Никольский храм на Валааме

Никольский храм на Валааме

Необходимость комплексного подхода к реставрационным работам на Валааме

К сожалению, ландшафтам Валаама пока уделяется мало внимания. Мы не знаем системы посадок. Когда делается даже хорошее дело — высаживаются маленькие деревца пихты, лиственницы, то высаживаются они в случайных местах. Сегодня в реставрации Валаама совершенно необходимо участие ландшафтного архитектора.

Беда в том, — замечает В. П. Орфинский, — что многое делается некомплексно. Сейчас главное, если говорить о Валааме, это внести в его изучение элемент комплексности. Нужно начать с элементарного. С полной инвентаризации и ландшафтов, и архитектуры. Все должно быть детально зафиксировано. Это первый этап. Второй — консервация всего, что осталось, и того, что еще можно спасти. И уже третий — реставрация, исходя из общей оценки Валаамского комплекса, из общей архитектурно-ландшафтной концепции.

В. Р. Рывкин. По Валааму.

В. Р. Рывкин. По Валааму.

До сих пор, считают ученые, многое на Валааме делалось непродуманно. Например, план развития острова, который был предложен «Союзкурортпроектом», не имеет ничего общего с Валаамом как с единым комплексным организмом. Вероятно, проектировщикам искренне казалось, что строения и комплексы Валаама, возникшие в разное время и в результате деятельности разных архитекторов, не более чем набор построек без всякого учета местности. Отсюда приблизительные, безликие, пожалуй, даже стандартные предложения. Нет. Валаамский комплекс — прекрасный образец ландшафтной архитектуры, и, чтобы восстановить его во всем первозданном блеске, нужно вникнуть в замысел строителей, понять его, проникнуться им, а сделать это можно одним-единственным способом: исходить остров вдоль и поперек, почувствовать его... Все точки должны быть выхожены в течение длительного времени, сопоставлены между собой. Должны быть проверены личные впечатления, проведено анкетирование, выявлены какие-то объективные закономерности. Это сложная научно-исследовательская работа. Пока ею в таком плане никто не занимался.

Когда этот проект рассматривался в Петрозаводске, было указано на многие его ошибки. Одной из них было то, что, в частности, плохо учитывалась специфика острова. Скажем, при прокладке инженерных сетей в соответствии с проектом изменился бы гидрологический режим, изменилась бы растительность острова. Это говорит о том, что за короткое время пребывания на Валааме даже опытным проектировщикам невозможно охватить все. Таким образом, этот проект оказался интересен лишь как постановка задачи.

Более серьезная, глубокая работа проведена ленинградским филиалом института «Спецпроектреставрация». Здесь многое представляет безусловную ценность. Однако одна из слабых сторон этого проекта — опять недооценка окружающего ландшафта. Пока существуют отдельно архитектор и отдельно дендролог. В идеале же это должно быть одно и то же лицо.

По проектам «Спецпроектреставрации» в последние годы, в частности, ведутся работы на центральной усадьбе и в Никольском скиту. Но все это, строго говоря, пока не реставрация, а ремонт. Кроме того, основная масса выданных документов представляет собой не рабочие чертежи, а проектные предложения. Их не может взять мастер участка, показать рабочим: «Делайте так и так...»

В наиболее тревожном положении сейчас находится Преображенский собор. Еще в семидесятых годах фрески[4] в нем были в основном целые. Но время делает свое дело. Сегодня фрески исчезают уже на наших глазах. Поэтому задача номер один — скорее провести их консервацию.

Реставрация сооружений Валаама — серьезный процесс, связанный с большими затратами. Разрушения на Валааме опережают ремонт. Таким образом, в геометрической прогрессии растут будущие расходы на реставрацию.

Необходимо как можно скорее провести аварийный ремонт, защитить постройки от разрушений. Следующим этапом должна стать полная инвентаризация всего архитектурно-ландшафтного комплекса. Не отдельно ландшафта — что почти не делается. Не отдельно архитектуры — что делается мало. Именно всего архитектурно-ландшафтного комплекса. Эта работа требует больших усилий. По мнению В. П. Орфинского, наилучшим образом ее могли бы выполнить Институт леса Карельского филиала Академии наук СССР, Петрозаводский государственный университет и ленинградский филиал института «Спецпроектреставрация». В идеале лишь после этого следует разрабатывать генеральный план всего Валаамского комплекса. Разработку генплана мог бы взять на себя институт «Карелгражданпроект». Содружество этих четырех организаций и представляется наиболее плодотворным.

Необходимо особо подчеркнуть важность противоаварийных мероприятий. В данном случае объединение «Росреставрация» не вправе прятаться за маломощную Карельскую реставрационную мастерскую, специализирующуюся по дереву, а обязано подключаться гораздо серьезней. Жизнь требует создания самостоятельной реставрационной организации. Объемы работ здесь настолько велики, что позволяют это сделать. Валаамская реставрационная мастерская должна подчиняться непосредственно «Росреставрации». Только тогда можно будет всерьез говорить о реставрации Валаамского комплекса.

К этому можно добавить, что студенты Петрозаводского университета — в частности, квалифицированные студенты с факультета промышленного и гражданского строительства, которые уже работали на подобных объектах, — всегда готовы поехать летом на Валаам. Дело лишь за тем, чтобы их разместить, предоставить фронт работ...

Как ни странно, даже такие предложения не раз встречали препятствия. Неудовлетворительное использование денег, отпускаемых на ремонтные работы, обычно объясняется тем, что мала строительная организация. Когда же предлагается помощь студентов, начинаются проблемы — где их разместить, чем занять...

Не совсем понятна и позиция республиканского краеведческого музея, который склонен рассматривать Валаам как некую вотчину. Так, предложения ученых о содействии Валаамскому музею-заповеднику не раз игнорировались. Об этом приходилось слышать и в Институте леса, и в Петрозаводском университете. Не имея в штате музея-заповедника своего лесовода, своего архитектора, здесь тем не менее не пытаются получить помощь со стороны специалистов. При таком подходе к делу в решении многих вопросов трудно избежать ошибок.

Куршин 44. Часовня перед скитом. 57x37 Холст. Масло. 1996-1997 г.

Куршин 44. Часовня перед скитом. 57x37 Холст. Масло. 1996-1997 г.

Вопросы приема специалистов и туристов

В частности, создание музея-заповедника сразу же выдвинуло вопрос о том, как принимать людей, приезжающих сюда. Однозначно ответить тут трудно. В принципе постигнуть Валаам можно лишь в результате длительного общения. Кстати, заметим попутно, что на острове и в прошлом веке бывало не так уж мало людей. Достаточно сказать, что монастырская гостиница вмещала до двух тысяч человек. Но тогда существовали жесткие ограничения. Скажем, посетители монастыря не имели права войти в лес, во многие скиты. А если делали это, их наказывали. В прошлом веке на Валаам приезжали, как правило, дня на два. Для приезжих выделялся транспорт — маленькие пароходики, лодки. Все они ходили по строго установленным маршрутам. Словом, все это было под контролем.

— Думаю, что такой контроль возможен и сейчас. — говорит В. П. Орфинский. — Но он должен быть очень жестким. Если, скажем, недавно на Валааме охапками рвали цветы, то надо, образно говоря, за каждый сорванный цветок сажать на скамью подсудимых. Ограничения должны быть предельно жесткими. Это необходимо. Тогда для какой-то части посетителей можно устраивать обзорную экскурсию. Для тех, кто всерьез интересуется Валаамом, — приспособить скиты, чтобы там можно было пожить в течение недели или двух. Пусть это будет довольно дорого. В таком подходе разумно то, что памятники будут эксплуатироваться. После реставрации они должны работать. Это безусловно. То ли как музейные учреждения, то ли как учреждения для отдыха. И в тех случаях, когда использование памятника ближе всего к его первоначальному назначению, вопрос решается наиболее просто. Но ограничения в режиме, повторяю, должны быть жесточайшими...

Такова точка зрения на проблемы Валаама еще одной, весьма заинтересованной группы людей — архитекторов.


[1] В. П. Орфинский — главный научный сотрудник Сектора деревянного зодчества, доктор архитектуры, профессор, академик РААСН, директор НИИ историко-теоретических проблем народного зодчества Петрозаводского государственного университета, профессор ПетрГУ (р.1929). С именем В.П.Орфинского связано становление и развитие нового научного направления – этноархитектуроведения. В.П.Орфинский – автор фундаментальных научных трудов в области деревянного зодчества. Благодаря трудам В.П.Орфинского и его учеников (в т.ч. В. Р. Рывкина) карельская школа этноархитектуроведения получила международное признание.

[2] Виктор Рафаилович Рывкин — ученик В. П. Орфинского, заведующий кафедрой архитектуры Петрозаводского государственного университета. Его путеводитель «По Валааму» достоин стать настольной книгой валаамского экскурсовода.

[3] Например, В. Р. Рывкин отмечает такое сочетание в оформлении часовни Крестных страданий Господа Иисуса Христа.

[4] Фрески в Спасо-Преображенском соборе отсутствуют. Валаамский собор расписан.

comments powered by HyperComments
admin
admin
Экскурсовод Паломнической службы Валаамского монастыря